Приветствуем в Забытых Землях, мире магии и древних чудовищ.

У нас есть страны, аристократы и спецслужбы, но мы нацелены в первую очередь на приключения, исследование нового континента и спасение всего мира от культа колдунов-оборотней. Играть высокую политику будем только если наберется достаточное количество инициативных заинтересованных игроков.

Более подробную информацию об игре вы получите, перейдя по одной из ссылок в нижнем меню.
Неисторичное фэнтези ● Реальные внешности ● 18+

Загадки Забытых Земель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Загадки Забытых Земель » Прошлое » Здесь вам не равнина


Здесь вам не равнина

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://thumbs.gfycat.com/EnchantingYawningGrackle-size_restricted.gif

Место и время: осень 1294 года, Доар-Далль: от Ивового двора в Хель-кер к Туманным горам.
Участники: Риовен Рыжая Шкура, Коэрверн

Пока грядут переговоры, сватовство, суть да дело, отчего бы не сунуть нос куда-нибудь за пределы поселения? Может и испытать на собственной шкуре, работает ли проклятье Каррег на женихе из лесов или боги хранят отчаянных?

+1

2

Хищник успел отскочить в сторону. Он встал на все четыре, мощные, лапы, тяжело дыша. Из пасти шла пена вперемешку с кровью. Вот только зверь вряд ли понимал, его это, или же того, кто сейчас стоял перед ним. Высокий, двуногий, закутанный в шкуры других своих жертв. На лице были видны отметины от удара одного из зверей. Пасть двуногого хищника приоткрылась, и он оскалился, точно животное, издавая утробные звуки. Зверь ответил ему тем же, с той лишь разницей, что для посторонних, его оскал был гораздо страшней, чем оскал этого двуногого. Хищник ещё раз оскалился, и начал обходить противника, аккуратно ступая всеми четырьмя лапами, и даже не замечая, что из задней лапы шла струйка крови, оставляя за собой точный, красный след.
Из схватки должны был выйти только один победитель. Другой…
Хищник кинулся, оскалив свою пасть, и выбрасывая передние лапы, с острыми, как бритва, когтями, вперёд. Он должен был достать этого двуногого чужака, который носил на себе чужие шкуры и вторгся в его владения.
Коэрверн уловил рывок раненого хищника, и правильно понял траекторию его прыжка. Слишком предсказуемо, слишком ожидаемо. Слишком по-звериному.
«А кто есть ты, если не животное, притворяющееся чем-то большим?»
Мужчина успел сделать шаг в сторону, когда одна из лап пронеслась в считанных миллиметрах от его лица. Рука его успела схватить на лету зверя, и другая, просто, совсем бесхитростно нанесла удар кулаком в бок. Зверь, шипя и рыча, от ярости отскочил назад, и кубарем покатился по земле. Ждать больше нельзя было. Коэрверн прыгнул на него сверху, хватая одной рукой за лапу, другой охватывая голову так, чтобы большой палец утонул в глазнице своего противника. Свободная лапа хищника сбила с ног уже мужчину, однако удар получился неуклюжим, и когтями его не достало. А вот самому Коэру удалось ослепить на один глаз зверя.
Обезумевший от боли хищник теперь сам кинулся сверху на мужчину, и получил от него удар кулаком точно в челюсть. Это ненадолго сбило спесь с противника, и дало мужчине несколько свободных секунд, чтобы подняться на ноги. Зверь, в ярости, замахал лапами, перед собой, вставая при этом на задние. Ещё одна звериная привычка, к которой Коэр привык с молодых лет. Он смог перехватить дну из лап, при этом не давая задеть себя, и резко рванул её в сторону, сбивая зверь с задних лап. Именно тут он почувствовал обжигающий удар уже на ноге, но обращать на такое не было времени. Вновь заваленный зверь попытался смахнуть лапами противника, но одна из них была сейчас в руках у Коэрверна, и он выкрутил её до хруста, который говорил, о том, что сустав вышел из своего положенного места. Оставалась ещё одна передняя лапа, увернувшись от которой, Коэр отскочил на шаг назад. Раненый, выбитый из сил, зверь, был всё так же смертельно опасен, что он лишний раз доказал, вскочив на три лапы, и кинувшись, с диким рёвом на противника.
«Мы все животные, запомни это. И выживет только сильнейший»
От атаки безумного, но уже обречённого хищника, мужчина смог увернуться. Под ногами попался лежащий камень, который был размером почти с голову самого Коэрверна. Подобрав его, мужчина уловил момент, и когда хищник вновь бросился в атаку, успел метнуть так, что камень попал точно в голову, окончательно сбивая того с ног, и оставляя на звериной морде кровавый след. После такого удара зверь повалился на землю. Передней лапой он скрёб по земле, видимо пытаясь подняться, однако задние предательски не шевелились.
«И когда останутся только сильнейшие, наступит истинная благодать!»
Коэрверн спокойно обошел животное, не сводя с него взгляда, подобрал небольшую сумку, и рядом лежащее оружие. Можно было закончить эту схватку и раньше, если бы он пустил в ход свой топор, или лук. Но мужчина желал сразиться на равных. Хотел вновь почувствовать то, что позволяло ему выжить в те далёкие времена.
Положив сумку рядом, он взял топор в руки, и подошел к умирающему хищнику. Морда его была разбита с одной стороны камнем, а челюсть сломана так, что он не мог даже оскалиться, или издать устрашающий крик. Единственная, действующая лапа, ещё сильней заскребла по земле. Коэрверн наступил одой ногой на тушу, и нагнулся над ним. Его левая рука схватила за морду хищника, а правая с топором замахнулась и нанесла резкий удар в область шеи. Хишник издал что-то среднее между рыком и хрипом, после чего окончательно затих. Однако отделить голову одним ударом не получилось, и пришлось нанести ещё две точных удара топором, прежде чем победитель поднял голову, поверженного, над собой, позволяя струйкам крови, что вытекали, упасть на свою лысую голову, и растечься ниже, по лицу и шее.
Мужчина прикрыл глаза, и сам издал вопль, наполненный торжествующим гневом. Он вновь был тем, кем он был. Он был таким же зверем, который охотился на своей территории. Без жалости, без сожаления.
Наконец, Коэрверн положил голову зверя рядом со своей сумкой, а топор повесил за спину. Его взгляд упал на свою ногу, где виднелись две небольшие царапины. Он провёл по ним рукой, лишний раз убедившись, что рана неглубокая, и нога по-прежнему так же дееспособна. К тому же кровь уже свернулась, и кровотечение остановилось само собой. Хищно улыбнувшись, он достал из сумки обычный разделочный ножи, и, как ни в чём не бывало, начал методично разделывать тушу убитого животного.

+2

3

Прибытие гостей в Хель-кер, как и полагается, стало для поселения событием: не часто до горных племен добирались далекие соседи, а уж столь представительный караван и вовсе был редкостью. Фреган Бычья Кость принял сына сибридского вождя с полагающимся почтением, отнесясь к гостю, как к равному, и такое начало укрепило в сердце Риовена уверенность в успехе предприятия. А уж когда в ответ на предложение Укротителя волков, подкрепленное щедрыми дарами как вождю, так и будущей невесте, Фреган с готовностью предложил в жены свою племянницу, Рыжая Шкура и вовсе воодушевился. Невеста оказалась хороша собой, на вид тиха, послушна и хорошо воспитана, о чем он не преминул заявить Фрегану, отмечая внимание и заботу вождя о родственнице. В идеале, конечно, его больше бы устроила не племянница, а дочь вождя, но обе дочери горца уже давно были при мужьях и даже обеспечили отца не одним внуком. Отчего Шайла в ее годы все еще была свободна, Риовена хоть и интересовало, но не слишком - для его целей укрепления межплеменного союза девушка подходила, а большего от нее и не требовалось.
Переговоры с Фреганом затянулись далеко за полночь, а когда наутро Шкура вышел из предоставленных вождем покоев, казалось, что почти весь Хель-кер следит за сибридом с неотступным интересом: по составу каравана с подарками и родственниками догадаться о цели визита было не трудно и местные девицы нет-нет, да норовили отыскать повод показаться перед рыжим гостем в наиболее выгодном свете, кто затевая на площади танцы, кто угощая свежеиспеченой лепешкой или чаркой свежей браги, а кто и просто поглазеть на сопровождавшего его черного волка, и все под приглядом многочисленной родни. Сам же Риовен, вдохновленный грядущим сватовством и официальными уже смотринами намеревался, как и полагается, продемонстрировать будущему родственнику собственную удаль и способность обеспечить семью всем необходимым, предоставив к празднеству достойную добычу. Незнакомые угодья и кардинальное различие привычного с детства леса от ветренной горной долины ничуть не смущали горделивого сибрида, прибавляя увесистую долю здорового охотничьего азарта и, оставив коня в поселении, он направился в горы в компании лишь неотступно следовавшего рядом Урса.

Следы семейства кабарог удалось обнаружить в полудне перехода от поселения, но удовлетворяться столь мелкой добычей Риовен не пожелал, заинтересованный в более весомом трофее. Рассчитывать на крупного оленя в горах не приходилось, но не опускаться же до мелочи размером с зайца, когда есть шанс добыть хотя бы горного козла, а в идеале - скалистого тура! Судя по небрежно фыркающему выдоху, Урс был солидарен с хозяином и не колеблясь обошел кучку уже остывшего, но не успевшего заветриться помета копытных, уверенно держа путь к скалистой тропе. Доверившийся звериному чутью Риовен без тени сомнений ступил на тропу за ним.
Звук схватки донесся до его слуха с небольшим опозданием, уже после того, как волк поднял уши и с низким горловым рычанием опустил крупную голову, принюхиваясь к ветру. Шкура опустил ладонь на спину зверя, удерживая его рядом и не позволяя рвануть на звук, и, бесшумно ступая, под прикрытием скалы двинулся вперед. Вскоре ему открылось ущелье с впечатляющей картиной: человек схватился с крупным хищником на равных! Затаив дыхание, сибрид с азартом следил за поединком, на всякий случай обнажив кинжал, чтобы в случае неудачи отчаянного охотника успеть метнуть клинок в зверя, но тот, похоже, отнюдь не нуждался в помощи. Наблюдавший же Риовен, при всем своем восхищении этим безумием храбрости , тем не менее не вполне одобрял это затяжное убийство: длительное общение с Лахи научило его иначе смотреть на охоту и по возможности убивать быстро, не обрекая добычу на лишние мучения. Брасгенский охотник тем временем проделывал такой кровавый и дикий обряд, что глядя на него сибрид допустил мысль, что горцы, пожалуй, в своей изоляции обрели довольно странные привычки. Резкий густой запах крови пробудил в Урсе природные инстинкты и волк с рычанием вскочил на ноги и выскользнул из укрытия тяжелой черной массой прежде, чем Риовен успел удержать его рядом.
- Урс! - сибрид с окриком спрыгнул в долину и в два прыжка нагнал припавшего на передние лапы оскалившегося хищника, на ходу убирая кинжал за пояс и не сводя внимательного настороженного взгляда с охотника. Только бы он не решил, что чужак покушается на его добычу!

+2

4

Дух был где-то рядом, Коэрверн чувствовал это. Зверь, или точнее, то неосязаемое, что от него осталось, ещё не до конца осознал свою кончину. Он всё ещё пытался бороться с невидимым для себя противником, сопротивляться собственной смерти, веря, что он на грани, но всё ещё жив.
«Агония»
Сам охотник не торопился, он аккуратно снимал кожи своим заточенным ножом, отделяя её от мышц. Сплетение силы, которую дарила природа, которую отбирал он у недостойных. Стоило ли винить зверя за то, что не смог выиграть в поединке? Пожалуй, нет. Стоило ли винить зверя за то, что он недооценил своего двуного противника? Пожалуй, да. Как бы это странно не звучало, но даже самые дикие звери прекрасно могли оценивать своего оппонента, и понимать, нужно ли с ним сейчас связываться. Стоит ли ввязываться в смертельную драку.
Мужчина отрезал маленький кусочек сырого мяса, и закинул его себе в рот. На язык тут же попал тот тёплый, кисло-сладкий, неповторимый вкус свеже-убитой жертвы. Такое нельзя было просто проглотить, таким нужно было наслаждаться, вытягивая из маленького кусочка мяса все соки. А ещё… вкус крови. Самый дурманящий напиток, который доводилось пробовать.
Дух зверя наконец то осознал, что случилось. Он остановился над собственным обезглавленным телом, и пустые глазницы уставились на охотника, что продолжил умело орудовать ножом, снимая кожу пласт за пластом, кусок за куском. И дух запрокинул голову, он захотел завыть, он захотел оповестить своих родичей о своей кончине, что бы они знали, где он погиб, и пришли забрать этого двуногого хищника. Конечно же, у него ничего вышло. Призрачная пасть раскрылась, и дух молчаливо вздрогнул, не произнеся и писка.
«Безысходность»
Он попробовал снова завыть, но понял, что уже ничего не выйдет. Его тело, на его же глазах разделывали на части. И он это понимал. О да, дух хищника, ещё слишком живой, чтобы стать обычным странствующим духом, понимал, что он стал не просто поверженным воином, а уже чьим то трофеем. Коэрверн усмехнулся, искоса посмотрев на него.
«Боль»
Не та боль, что раздирает тело, после нанесения ран. Не та боль, которая говорит, что что-то с тобой не так. Эта боль ещё сильней, ещё мучительней, когда ты понимаешь, что ты больше ни на что не влияешь. Когда ты предоставлен твоему врагу, и он может делать с тобой всё что захочет. И найдут ли его потом его сородичи, чтобы проводить в последний путь? Нет, ничего не останется от него, и ничего не сможет он с этим поделать.
Охотник чуть прикрыл глаза, вдыхая пары свежей туши животного. На лице появилась улыбка, по краям которой образовалась небольшая кровавая пенка. Аккуратно вспоров брюхо, Корэверн просунул руку внутрь, нащупывая кишки. Их нужно было извлечь особенно аккуратно, случайно не порвав и не вспоров.
Взгляд привлёк шорох в зарослях, а затем и вовсе хищник, который выскочил оттуда. Огромный, матёрый волк, нёсся к месту, где находилась туша убитого зверя вместе с охотником. Коэрверн успел вскочить на ноги, и подобрать топор, когда перед ним остановился очередной хищник, дико оскалившись во всю свою пасть. Вслед за ним появился уже человек. Другой, не такой как он, Коэрверн, но и не такие, как не он.
Охотник оскалился в ответ зверю, не опуская топора, и готовясь в любой момент к прыжку.
- Где? – прорычал охотник переводя взгляд на человека.
Нет, что-то он спросил не так. Не правильно. Не такой вопрос нужно было задать. Он тоже важен, но позже. В это же время дух хищника, в последней своей агонии, кинулся на своего убийцу. Да, он не мог причинить ему вреда, теперь. Однако его жажда мести ощущалась всем телом. Если бы тело Коэрверна было покрыто густой шерстью, то она вся бы сейчас встала дыбом.
- Кто? – поправил он свой неправильный вопрос. – Ты!
Ярость. Злоба. Агония. Желания рвать на части. Растоптать, схватить его череп, раздавить в своих руках. Разорвать волка на части, искупаться в его крови.
Корэверн потряс головой, прогоняя кровавое наваждение.
- Ты. Кто ты? – наконец довёл он свой вопрос до логического конца.
Охотник почувствовал, как раскусил маленький кусочек мяса, который всё ещё находился во рту, на две части. Он дёрнул головой в сторону и сплюнул их в траву. Со стороны могла показаться, что он сплюнул кровью.

+2


Вы здесь » Загадки Забытых Земель » Прошлое » Здесь вам не равнина


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC