Приветствуем в Забытых Землях, мире магии и древних чудовищ.

У нас есть страны, аристократы и спецслужбы, но мы нацелены в первую очередь на приключения, исследование нового континента и спасение всего мира от культа колдунов-оборотней. Играть высокую политику будем только если наберется достаточное количество инициативных заинтересованных игроков.

Более подробную информацию об игре вы получите, перейдя по одной из ссылок в нижнем меню.
Неисторичное фэнтези ● Реальные внешности ● 18+

Загадки Забытых Земель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Загадки Забытых Земель » Настоящее » Смерть в наследство


Смерть в наследство

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Место и время: Илария, пятый-шестой месяца.
Участники: Альберт Дараван, Дебора Маклахлан, Леони Монфор, Стефан Кавеньяк.

В Иларии умер Траянус Винок, довольно известный в Империи маг, больше ста пятидесяти лет трудившийся в имперской Академии магии в должности артефактолога и исследователя реликтов (древних артефактов). В 1284 году он ушел из Академии и поселился в маленьком спокойном городке Памлона в той части Караты, что славилась самым приятным климатом в регионе, а в 1291 году приплыл в Мессианию и поселился в Иларии, где продолжил дело всей жизни: изучение реликтов. Говорят, нашел он их немало. Учеников и наследников у Траянуса не осталось, вот и выходит, что могущественные артефакты лежат без дела. Не дело это.

Очередность: Альберт Дараван, Дебора Маклахлан, Леони Монфор, Стефан Кавеньяк.

Мастер квеста — Альберт Дараван. Внимательно читайте его посты и не игнорируйте написанное в них.

+2

2

Порядок отписи:
Альберт Дараван
Дебора Маклахлан
Стефан Кавеньяк до 03.11
Леони Монфор

Дом Траянуса Винока был построен в архаичном стиле, характерном для Верана года этак шестисотого или около того. Вытянутые вверх узкие стрельчатые окна с мелкими темными витражами, которые, как всегда казалось Альберту, были особенно любимым мухами. Дикий камень всех оттенков черного и коричневого. Множество разнообразных башенок, узость которых предполагала, что поместиться в них могут, разве что, лестницы. Барельефов со святыми не было, и это казалось Даравану благословением. Эти ужасающие недо-дворцы всегда вызывали у него гадливую оторопь.

Ограда тоже была сложена из дикого камня, а вот ворота были кованные. Никаких изысков – очень частые и толстые железные прутья с угрожающими остриями в навершие. Герба на воротах не было и немудрено. Старик Винок сам ни к аристократии, ни к купечеству не принадлежал, о чем любил поговорить за бокалом вина. Сам, все сам, сын рыбака, выбившийся в люди.

Да уж, старик, - с косой усмешкой подумал Альберт. Траянусу было около ста девяноста лет, могущественные маги в эти годы только начинают жить. Впрочем, особенным могуществом Винок не мог похвастаться. Ничего кроме создания магических вещиц он толком не умел. Знал вот много. И пришел сюда Альберт именно ради этих знаний, а вовсе не из-за россыпи огненных колец или линз, позволяющих видеть сквозь заклинание. Подобную ерунду он мог смастерить и сам.

Ворота не были распахнуты, но поддались простому толчку. Дараван задумчиво изучил их, потом шагнул внутрь и вернул створки в то же положение, в котором они были до его вмешательства. К особняку вела дорожка через «сад» - не слишком большую площадь, заросшую бурьяном и низким кустарником с бело-розовыми цветами, названия которого Альберт не знал. Ни одного дерева. Ни одного пяточка земли, которые не просматривался бы из высоких узких окон. Дорожка была прямой, без изгибов и выложена золотистой галькой. Разветвлялась она лишь у самого крыльца, уводя в сторону хозяйственных построек, но к ним Альберту сворачивать было незачем. Он поднялся на крыльцо, потянул за дверное кольцо в виде чьей-то устрашающей головы, и вошел в просторный темный холл, пол которого был выложен черными и белыми мраморными плитами. Интересно, подумал Альберт, как много денег и времени потребовалось Виноку для того, чтобы построить эту гнетущую подделку под старину?

На звук открытой двери никто не поспешил. Дом стоял пустой уже какое-то время и это было видно по слою гряди на дорогом мраморе. Траянус умер неделю назад. Два дня назад его душеприказчик обнародовал волю покойного – все имущество мага полагалось продать с аукциона и пожертвовать деньги имперской Академии магии. Все – кроме артефактов. Их Траянус предлагал выкупить всем заинтересованным магам до того, как их вынесут из дома. Это условие казалось Альберту одновременно и странным, и нет. Странным потому, что на аукционе за них могли выручить больше, а нет… надо было совсем не знать Винока, чтобы предположить, что все его  вещички совершенно безопасно выносить из дома. Дома, который тоже едва ли был построен без вмешательства магии.

В гостиной скучающе топтался какой-то великовозрастный оболтус в засаленной куртке и с испачканной чернилами щекой. Он нарезал круги между укрутой чехлами мебели (ничего особенного, в меру безвкусный диван, три кресла, небольшие столы с каратским орнаментом по столешнице) и вздыхал. Увидев Альберта он остановился, но удивленным не выглядел.

- Мейстер Дараван из ордена Энвис, - счел за благо сразу представиться маг. – Проводите меня в кабинет покойного мэтра Винока.
- Так… эта… сказано было – ждать, пока все маги соберутся.
Это «все» Альберту не понравилось. Впрочем, если этот обиженный Спасителем все еще «ждет», значит никто больше не пришел.
- Ты видишь еще кого-то кроме меня, любезнейший? – спросил Дараван, небрежно прислонив трость к креслу и сбрасывая на него же легкий орденский плащ, в жару особенно невыносимый.

В этот момент глухо хлопнула дверь. Альберт сделал над собой усилие, чтобы не скривиться.

Отредактировано Альберт Дараван (2019-11-01 09:41:40)

+6

3

«Моя дорогая, ты и не представляешь, какие вещички хранятся у меня дома». Эта фраза, словно услада для ушей искушенного, отчаянного искателя, стеклом резала все нутро Деборы. Неудивительно, что после известия о смерти достопочтенного-мэтра-Траянуса-Винока, коего Дебора знавала под более скромным и плебейским именем от собственной наставницы, магесса потянулась и нахально улыбнулась. Так ухмыляется любой игрок. А ведь игра началась после того, как было озвучено завещание.

Старый дед знал, что искушенные придут. Он знал, что Дебора придет. Хотя она озвучила свое желание навестить его в этом месяце еще при его жизни, не исключено, что умирающий понимал, какие лица пожалуют к нему на "почтение его памяти". Вернее вынос всего добра из дома.
Именно поэтому сегодня её одежда была практична. И не было никаких плащей, ведь плащи часто могут становиться частью несчастного случая, особенно если в ход идут ловушки и механизмы. Плащи Дебора оставляла радужно настроенным поклонникам магии. Фактурная ткань напоминала скорее мазки краски, которыми вырисовывались древесные и цветочные мотивы. Виной тому были стежки, вышитые поверх парчи, структурирующей и жестко подчеркивающей угловатость выбранного фасона.

Простыми словами, Дебора пришла пожинать дань.

И именно сейчас она пришла в поместье, одним своим видом отсылающим её на полторы сотни лет назад, когда нарочитая архаичность была писком моды. Архаичность здесь, на новой земле, казалась мэтрессе чем-то в духе Траянуса. Старик любил сюр и насмехательство над общепринятыми нормами.
Жрица науки понимала, что некоторые маги признавали в ней конкурентку, а другие и вовсе ненавидели. Более того, как мудрая женщина, она понимала, за что её не любили. Поэтому она была готова быть парламентером между здравым смыслом и прочими желаниями прочих лиц. А именно дипломатически точно склонять оппонентов к выгодной для позиции. В духе канонов Тора Эбениа.

Выйдя из уборной, которая была любезно предоставлена стариком Киллианом, главенствующем в основном холле, она удержалась от ухмылки и сдержанно кивнула головой зашедшему мужчине. Взглянула на расположившийся неподалеку радужный плащ, поняла, что безмятежный день будет безнадежно нарушен присутствием конкурентов.
Как и любой прошедший обучение на дипломата, она умела не выдавать своих эмоций и не показывать их прочему обществу. Поэтому так же как и маг напротив удержалась от горькой усмешки.

— Какой погожий день, чтобы встретить Вас здесь. Люблю общество чародеев Энвиса, вы всегда приятно удивляете, - Маклахлан пыталась вспомнить, знала ли этого мага доселе, знал ли он её и не имело ли место быть вопросам о её причастности в паре «небольших» казусов, которые случались в паре мест, где присутствовали чародеи-радужники в прошлом.
И пока ничего не вспомнила. Однако играющие нотки напряжения отлично вписались в стук барабанных от передвигаемой стариком мебели.

Отредактировано Дебора Маклахлан (2019-10-17 03:00:25)

+5

4

Стефан Кавеньяк показательно не любил ни магию, ни магов. Слишком много доверия и почтения людям, которые умеют рисовать в воздухе разноцветные ажурные салфеточки и изменять привычный ход вещей, думал он. Ещё эр Стефан был абсолютно уверен, что эта — хм! — братия чародеев что-то недоговаривает. Он бы сам абсолютно точно не договаривал, если бы умел малевать в воздухе ажурные салфеточки и сращивать переломы. Мало ли, что они ещё там умеют.

Именно поэтому он и оказался в доме почившего Траянуса Винока — нельзя было выбрать ещё более идиотское и пафосное имя? Стефану приходилось слышать легенды и россказни о том, что после смерти мага в его доме начинают твориться странные вещи. Разные! И он ни в коем случае не мог допустить, чтобы эра Леони — его вроде-как-невеста — посещала такие сомнительные заведения без надёжной компании. Стефана, разумеется, ещё более бы устроило оцепление этого склепа по периметру, патрулирование квадрата каждые пять минут и вход по пропускам, но это ему позволено, разумеется, не было. Пришлось довольствоваться.

Особняк почившего мага его, честно сказать, разочаровал. Всё это архитектурное нагромождение было похоже на рисунки маленьких детей — нечто подобное изображали его младшие сёстры, гордо именуя это «набросками углём». Стефан предположил, обращаясь к Леони, что у несчастного мага, видимо, в глазах двоилось, когда он придумывал себе жилище. А то и троилось.
— Но что возьмёшь с этих магов, — с показательным легкомыслием закончил он. — Они совсем ничего не смыслят в светских беседах.
«Светскими беседами» у эра Стефана обычно называлась знатная попойка. И правда, почему бы ещё двоиться перед глазами.

Стефан толкнул створку ворот и предложил Леони руку, чтобы помочь перебраться через несуществующую преграду. Ворота не совершили ровно ничего предосудительного, и Стефан проникся к дому самым враждебным подозрением, на которое только был способен. Враг затаившийся, учила военная наука, куда опаснее врага явного.
Лужайка ему тоже не приглянулась. С одной стороны, обзор — и обстрел, если на то пошло — из окон открывался замечательный. С другой, такой помпезный дом требовал должного обрамления — а Стефан терпеть не мог, когда кто-то не доводил дела до конца. Впрочем, он не собирался показывать своё колючее настроение и по дороге до главного входа строил различные предположения. Например, о том, что у почившего мага с дурацким именем была паническая боязнь деревьев. Или птицы постоянно срали ему на голову, так что он изничтожил все места для их гнёзд. Или, может быть, почивший маг с дурацким именем страдал лунатизмом? И думал, что если уже падать с крыши, так героически и до конца, а не позорно висеть на какой-нибудь ветке, зацепившись за неё своей кружевной ночной сорочкой.

Входная дверь тоже чинно открылась, и это уже совсем никуда не годилось. Особенно возмутительным было отсутствие оркестра, ковров и цветов для дочери проконсула. Зато почтенное общество имелось в наличии, и Стефан, как истинный джентльмен, приветствовал вначале даму.
— Госпожа, — Стефан изобразил крайне усечённый поклон, — встреча с вами в любую погоду, несомненно, сильное впечатление. Но что такая красавица, как вы, делает в столь мрачном месте? Я всегда полагал, что красоте куда более подходит музыка и свечи, нежели торги и досужие счёты.
— Господин, — господина он поприветствовал коротким кивком. — Имею честь представить вам эру Леони Монфор, дочь проконсула.
Сам Стефан представляться не спешил. Он предполагал, что общество — это ещё не почившие маги, которые ещё более подозрительны, нежели отошедший в мир иной хозяин.

+6

5

Леони ещё раз окинула оценивающим взглядом просматривающийся за железом кованных ворот особняк. Судя по виду Стефана, того он не капельки не впечатлял. Впрочем, по виду Стефана всегда было очень сложно судить. В любом случае, Леони дом нравился, главным образом потому, что по нему сразу было понятно, что это место  подозрительное и требует особого внимания. Даже не упомяни метресса Фальер между делом о Троянусе Виноке и того, чем он занимался, юная графиня Монфор, наткнувшись на подобный особняк все равно бы непременно решила его изучить.

Несмотря на ясный день, местный пейзаж, как казалось Леони, словно заглушал все возможные краски. Белые цветы кустарников казались просто бесцветными, зелень блеклой, а голубизна неба смазано-грязной, будто рассеянный художник забыл вытереть кисточку, прежде чем окунуть ее в новый цвет. Было пугающе мило представлять, что весь особняка мог померкнуть со смертью хозяина. Хотя меркнуть здесь было почти нечему. Девушка, придержав, аккуратно закрыла за собой кованную дверцу и слегка разочарованно выдохнула. Она-то уже собиралась карабкаться по воротам, самоотверженно прикидывая, как бы не напороться на одну из пик. А они взяли и оказались незаперты, поддаваясь легкому толчку, что было совершенно не по правилам бесхозного особняка.

По разговорам среди зачастивших в замок проконсула магов, Леони примерно понимала, что здесь должно произойти. И одновременно с этим совершенно не понимала. Все звучало так легко и просто, что становилось какой-то гулкостью. Не может же человек и в самом деле просто раздать свои вещи каким-то незнакомцам. Все это приводило ее в такое замешательство, что не знай она, что после смерти мага все книги о Бездне - если таковые у него вообще имелись - уничтожит какая-нибудь Инспектория, то Леони предпочла бы остаться дома.

А книги ей были решительно нужны. Как минимум потому, что ее уже очень давно возмущало распространённое мнение, будто подобные ее дары являются ничем иным, как отметкой Бездны. С детства она привыкла считать, что все что идёт оттуда не иначе как зло в чистом виде, которого в себе она никогда не замечала. Нет, она, конечно, бывала грубой порой, перечила батюшке и заставляла волноваться матушку, но что бы Зло?!

Под туфлей предательски скрипнула половица, и Леони вслед за Стефаном завернула в дверной проём комнаты, на первый, как и на последующий, взгляд выглядевшей странно. Более всего смущал скрип перетаскиваемой мебели и Леони хотела спросить, зачем впустую таскать вещи туда-сюда, но замерла, заметив знакомое лицо. Ситуация была удивительно знакомой. Отсутсвие шелковых простыней, сомнительная обстановка, мужчина, женщина...
— Вы должны быть без рубашки, эр Альберт, — очень вежливо заметила девушка, — И с вином.
Вообще-то, юная графиня рассчитывала, что заявившись так рано, они с виконтом окажутся в этом доме одни, быстро закончат с делами и разминутся со всеми, чьей целью было прикарманить пару сувениров. Впрочем, и в голову Леони закрадывались мысли, что было бы забавно разжиться каким-нибудь полезным артефактом, вот только, она в них ничегошеньки не смыслила.
— Пойдёмте, виконт, нам нужно отыскать библиотеку.

Отредактировано Леони Монфор (2019-10-25 23:40:48)

+6

6

Очередной гость этого прекрасного дома, вопреки ожиданиям, появился не со стороны холла. Альберт знал дом Винока достаточно хорошо – настолько, насколько его вообще мог знать кто-то, кроме его хозяина – и предположил, что дама в нарочито строгом наряде появилась со стороны столовой. Едва ли ее там кормили. На появившегося следом за ней старика Киллиана он посмотрел с некоторым недоумением, и бросил взгляд на молодца-поверенного. Тот выпучил глаза, развел руками и одними губами прошептал: «Выжил из ума». Слуг из дома Траянуса выдворили сразу же, как за дело взялись юристы, чтобы не смели тащить чужое – уже – добро. Но старик Киллиан, очевидно, выдворяться не пожелал. Любопытно.

- Госпожа, - вежливо склонил голову Дараван, возвращая внимание даме. Правда, больше ничего он сказать не успел. Гости, которые заставили входную дверь хлопнуть, наконец, оказались в гостиной. Молодой человек с военной выправкой и девушка в этих ее пышных юбках и высокомерно вздернутым носиком. По юбкам и носику Альберт ее и узнал прежде, чем молодой человек «имел честь» представить ее благородному – и не очень – собранию. Сам он, что характерно, не представился. Слуга? Телохранитель? Для такого варианта во взгляде юноши было слишком много истинно патрицианского снобизма.

- Альберт Дараван, к Вашим услугам. Мэтресса. Господин, - он поочередно кивнул сначала даме в наряде, потом безымянному юноше, потом Леони Монфор. Последней он даже улыбнулся. Едва-едва заметно. В конце концов, их знакомство, в каком-то смысле, было весьма интимным, о чем эра не замедлила напомнить. – А Вы, моя госпожа, должны упасть к моим ногам юбками вверх. Едва Вас узнал с другого ракурса. Надеюсь, сегодняшний казус не станет нашей недоброй традицией?

- Вы тоже маги, господа? – рассеянно пролепетал поверенный. На его не слишком обезображенном интеллектом лице наблюдалась непривычная работа мысли. – Видите ли, сегодня коллекцию покойного мэтра Винока осматривают маги. Больше никого в этом доме быть не должно.

- А как же он? – Альберт мотнул головой в сторону старого Киллиана, который дотащив несчастную мебель до определенной точки гостиной, подумал и с громким скрежетом потащил ее обратно. Царапая темно-коричневый паркет. Поверенный скривился, как от зубной боли.

- Госпожа, книги мэтра Винока уже вывезены, их продадут с аукциона через три дня, - сообщил этот бедняга эре Леони, решительно отправившейся на поиски библиотеки. – Сегодняшний день был отведен под осмотр артефактов, если Вам это неинтересно…

Судя по тону поверенного он очень рассчитывал на то, что даме и ее спутнику будет «неинтересно». Альберт счел за благо перестать топтаться на месте. Раз уж полагалось осматривать артефакты…

- Я намерен все же пройти в кабинет, раз мы больше никого не ждем. Мэтресса, - Дараван чуть склонил голову. – Составите мне компанию или Вас привели сюда иные дела?

Кабинетов и кабинетиков в доме Винока была никак не меньше четырех. В один из них попадали прямо из гостиной. Ничего особенного это неприлично большое помещение с пустыми сейчас стеллажами (и без единого окна, кстати) из себя не представляло. Стол, кресла, драпировки на стенах цвета свежей крови. Сам Траянус любил принимать гостей именно здесь. Дверь в кабинет старалась слиться со стеной гостиной, повторяя цветом цвет деревянных настенных панелей. За ее ручку Альберт и взялся, когда решительно пересек комнату. Так же в гостиной находилась узкая винтовая лестница, уводящая наверх, в одну из пяти башенок, где тоже располагался, своего рода, кабинет. Но туда Альберт намеревался отправится в одиночестве, позже и только если придется. Кто знает, может Винок положил свои записи на видное место в своем «парадном» кабинете? Каких только чудес в жизни не бывает, а искать ключи к головоломкам, которыми старик обычно запирал свои «башенки» было утомительно и долго.

Дверь «парадного» кабинете распахнулась. Альберт с пару секунд постоял на пороге, прислушиваясь к своим ощущениям, но после этого колебания, вошел. Паркет скрипел под его ногами, словно бы вознамерился взять все самые высокие и низкие ноты, как диковинный музыкальный инструмент.

- Мэтр, позволите мне! – запоздало крикнул поверенный, потом растерянно повернулся к остальным и неловко отступил и сделал приглашающий жест. – Прошу, артефакты мэтра Винока…

Что именно «артефакты» поверенный сказать не успел, потому что старик Киллиан, уже оставивший несчастный шкаф в покое, вдруг зашел к нему со спины и опустил на его голову тяжелый дубовый стул, до этого укрытый чехлом. Поверенный рухнул на пол, заливая паркет кровью из проломленной головы. Старик Киллиан безмятежно улыбнулся гостям.

+5

7

Новых гостей Дебора знала потому, что была вынуждена иногда посещать двор проконсула как из целей рабочих, так и из чисто семейных. Видеть таких гостей было по меньшей мере странно в доме покойного мага.

    Довольно интересный исход встречи омрачал лишь странно и прерывисто дышащий Киллиан, приковавший внимание мэтрессы. Из научных побуждений захотелось прослушать легкие хмурого деда, зачем-то таскавшего мебель и нарушавшего таинство встречи.

    Но такие желания быстро разбились в осколки об обмен любезностями среди всех участников разговора, которых стало слишком много для поместья почившего мэтра. Дом покойного совсем не любил гостей, а если и любил, то не принимал так часто, как того желал сам Траянус. Но стоило деду умереть, как пчелы слетелись на мед. Оторвавшись от Киллиана, чародейка решила занять себя изучением гостей.

    Мэтра и госпожу Монфор связывал пережитый опыт, а Кавеньяк вел себя благородно и в духе своего отца. Ситуация была знатно приправлена, да что там, приперчена старыми знакомствами, династическими браками и юношеским максимализмом, который вылился в походы по местам не столь отдаленным за тем-незнамо-зачем.

— Мэтресса Дебора Маклахлан. Сказала бы к вашим услугам, но боюсь, в данном месте мои навыки не так необходимы. Эра Монфор, господин Кавеньяк, — она поклонилась двум аристократам. Про себя она в очередной раз удивилась, что эти две нежных розы, растущие за стенами проконсульского раздутого эго, пришли к Виноку за книгами. Дебора могла представить библиотеку искушенного Траянуса. Вряд ли на его полках могли затесаться романы о рыцарях, путающихся в семи с половиной подъюбниках заколдованной принцессы. Хотя факт наличия такого чтива мог бы скрасить поминки и вечер памяти. Дебора не удержалась и слегка улыбнулась.

    Тем временем поверенный успел отказать молодым в их желании и даже учтиво спровадить из поместья.  Магесса взглянула на служителя Ордена Энвис, собирающегося составить ей конкуренцию в изучении артефактов. Его компания уже не казалась такой лишней, особенно в доме, от которого веяло ехидством и сумасбродством. Да и неловкость приобретала оттенок скуки, что вынуждало поскорее перейти к делу.

— Мэтр Дараван, я всегда рада составить компанию любому служителю Ордена Энвис. Ведь кто, если не вы, окрашиваете наши ахроматические будни в свою радужную спесь, - честно сказать, Дебора не лукавила, когда признавалась в радости встречи. С орденом её связывало многое, о чем было не принято открыто рассуждать.

    Идя вровень с магом, она успела отметить интерьер помещений и лестницу, ведущую в кабинет бывшего хозяина. Поверенный и Киллиан плелись за ними. Дорога была скучной, монотонный скрип намекал на тяжелое финансовое положение хозяина дома. И Маклахлан хотела было закатить глаза на расторопный жест поверенного, как вдруг произошло что-то интересное. Испачкавшее дорогую ткань, оставившее красные липкие пятна на ее лице. И унесшее одну жизнь.

    Пальцы мэтрессы инстинктивно зацепили несколько нитей мироздания и накрутили их на пальцы. Большой палец сыграл на магических струнах, излучавших искристое медовое свечение. Киллиана пронзила сильнейшая боль от разрастающегося на груди некроза. Сама Дебора быстро отошла от упавшего трупа и смотрела на врага. Ощутив себя в безопасности, она собралась с силами и произнесла: «Опрометчиво». Все также лаконично.

Отредактировано Дебора Маклахлан (2019-10-31 00:20:17)

+3


Вы здесь » Загадки Забытых Земель » Настоящее » Смерть в наследство


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC